Зная, с какими затруднениями сопряжено перемещение большого числа переселенцев, особенно без предварительных к тому приготовлений и способов, в страну, скудную местными пособиями и опустошенную войною, я не мог не предвидеть всех неудобств, неизбежных при переселении в наши области нескольких тысяч семейств христиан из Азербайджана и хотя по покорении Эривани сделано было мне о том предложении с удостоверением, что в деле сем не встретится никаких затруднений и что переселение христиан, представляя одни выгоды для России, не введет правительство ни в важные заботы, ни в издержки, но я не решил вдаваться в сие предприятие до тех пор, пока сами армянские общества, по занятии войсками нашими Азербайджана, не прислали ко мне депутатов, которые явясь в Дейкарган без всяких предварительных требований или условий, как единственной милости просили позволения переселиться в провинции, принадлежащие России.
Будучи убежден таковыми их просьбами и находя, что заселение лежащих в пусте на границе нашей земель народом покоренным, трудолюбивым и преданным нам по вере, может принести большую пользу, я обласкал сих депутатов и дал им просимое ими позволение, но не обнадеживал их отнюдь в особенном каком-либо пособии и других выгодах, кроме освобождения на определенное время от податей и повинностей.
По заключении уже в Туркменчае мирного трактата и по возвращении в Тавриз известился я о совершенной бедности переселяющихся христиан, и что они без денежных пособий со стороны Российского правительства подвергнутся неминуемым бедствиям при переходе в наши границы, узнал также твердое намерение их приступить к переселению, которое они сделали гласным, оставляя все выгоды, приобретенные ими в Персии от сельского хозяйства, недвижимое имущество и даже часть движимого, по неудобности взять с собою. После сего не мог я уже остановить их переселение и оставить их на произвол утеснительного правительства персидского, которое на них показало бы всю свойственную ему мстительность, не мог я также не уважить просьбу сих христиан, умолявших меня о пособии и потому назначил полковника Лазарева штабс-офицера усердного, фамилия коего, как я полагаю, пользуется большим уважением армянской нации, также подполковника князя Аргутинскаго и других чиновников для подъема с места переселенцев и препровождения в наши области, для водворения же их и оказания помощи на местах им предназначенных, учредил при бывшем Эриванском, что ныне армянское областное правление, особый комитет и отчислил на первый раз 50 т. рублей серебром, дабы из сей суммы выдаваемо было денежное пособие совершенно бедным семействам в виде займа. О подробностях такового распоряжения ваше сиятельство изволите быть известны из донесения моего от 3 марта настоящего года № 340. Между тем и преосвященный Нерсес со своей стороны прислал для содействия по сему делу, епископа Стефана и архимандрита Николая, коих, хотя я и снабдил открытыми предписаниями ко всем отрядным начальникам об оказании им возможных пособий, но от сих начальников о действиях их не имею никаких сведений, а по донесениям Лазарева видно, что внушения сих духовных не сделали большого влияния на переселенцев.
За всем тем, несмотря на все противодействия персиян, переход христиан из Адзербиджана [Азербайджана] в наши области, как то видно из последних полученных мною донесений, производится успешно и ныне водворено уже на жительстве в Карабаге 279 и в Эриванской области 948 семейств число же всех переселенцев по заверению полковника Лазарева будет простираться более 5000 семей.
В предприятии сем способствовали много:
При всем таковом успехе в переселении христиан и при •очевидной пользе, которую они принести могут, не могу я однако же не предвидеть дальнейших затруднений и значительных издержек, которых нельзя избежать при их водворении, ибо переселенцев должно продовольствовать на счет казны не только до урожая настоящего года, но и будущего, а также снабдить семенами на посев хлеба, в чем я крайне затрудняюсь по следующим причинам:
